Узбекистан: Облегчение ЕС санкций в отношении Узбекистана – «абсурд»
«Активисты прав человека в Узбекистане и за рубежом остались очень недовольными и злыми решением Европейского Союза облегчить санкции в отношении правительства страны при явных доказательствах того, что режим остается как всегда деспотическим» как гласит заявление, сделанное IWPR( Институтом освещения вопросов войны и мира). 15-16 октября, встреча министров иностранных дел ЕС решила снять визовые ограничения в отношении 8 узбекских высокопоставленных должностных лиц, которые обвиняются в причастности к кровавому подавлению демонстрации в восточном городе Андижан в мае 2005 года.
Текс заявления IWPR
В то время как официальные фигуры говорят, что 189 человек были убиты и свыше 500 были ранены, когда узбекские службы безопасности открыли огонь по толпе мирных демонстрантов в центре Андижана 13 мая того года, некоторые правозащитные группы посчитали , что тела погибших около 800.
В волне восстаний, узбекские власти арестовывали любого человека, кого считали причастным к протестам или даже тех, кто являлся очевидцем, перед тем как начали общее преследование активистов прав человека и других диссидентов по всей стране и, выдворяя те немногие оставшиеся международные организации, которые занимались гражданским обществом, развитием СМИ, и невинными программами по культурной поддержки.
Группы гражданского общества злы на решение ЕС, снять почти все санкции в отношении страны, которая, как они говорят, продолжает иметь один из самых авторитарных режимов в мире. Сурат Икрамов, руководитель Инициативной Группы Независимых Адвокатов прав человека в Узбекистане, заявил, что облегчение санкций было «абсурдом», потому что никаких международных расследований по Андижану не появлялись даже на горизонте. «Я думаю, что ЕС нужно применять такие санкции, по которым отвечало бы любое государство», говорил он.
Как сложились обстоятельства, говорит он, «узбекские власти очень гибкие – они, несомненно, соглашаются с диалогом и переговорами, но не выполнят условия».
Санкции ЕС были введены в ноябре 2005 года, после того как правительство Президента Ислама Каримова продолжало отказывать в разрешении независимому расследованию кровавой резни, первый раз по требованию комиссара ООН по правам человека Луизы Арбур, а затем правительством США.
Санкции предусматривали преостановление в частях Соглашения по Партнерству и Сотрудничеству, которое регулирует ЕС-Узбекские отношения; запрет поставки оружия ЕС в Узбекистан и годичный визовый запрет в отношении 12 высокопоставленных лиц, подозреваемых в причастности к применению силы демонстрантам.
Несмотря на продолжающийся отказ Ташкента в проведении расследования, и многочисленных доказательств того, что не было основательных улучшений в ситуации с правами человека, министры иностранных дел ЕС сняли визовые ограничения четырех из 12 должностных лиц с черного списка, когда санкции рассматривались в мае 2007 года.
Правозащитные группы, проводящие постоянный мониторинг в Узбекистане, оценили, что без того плохая ситуация с правами человека резко ухудшилась после Андижана, и не видно никаких признаков улучшения в период «диалога», начатого с Ташкентом, после того как санкции были продлены в ноябре 2006 года. (См. сообщение IWPR – «Должен ли ЕС приостановить санкции в отношении Узбекистана?»)
Разъясняя свое последнее решение, Совет Европейского Союза заявил в пресс-релизе, что «он все еще серьезно обеспокоен о ситуации с правами человека в Узбекистане» и что, по этой причине, эмбарго на поставку оружия и визовые ограничения должны были остаться в силе еще на 12 месяцев. Тем не менее, «чтобы вдохновлять узбекские власти в принятии ими позитивных шагов для улучшения ситуации с правами человека», визовые ограничения сокращены на 6 месяцев.
В свою очередь, узбекское правительство должно сделать «прогресс», чтобы соответствовать ряду критериев, в числе которых освобождение активистов прав человека из тюрем, позволив неправительственным организациям действовать свободно и предоставив доступ Международному Комитету Красного Креста к местам заключения.
ЕС указал, что они смягчили санкции в связи с «позитивными шагами», такими как выросшее желание узбекского правительства вступить в диалог, состоявшиеся «беседы эксперта», и условное освобождение правозащитниц Умиды Ниязовой и Гульбахор Тураевой, которые были посажены в тюрьму в начале этого года после формальных судебных разбирательств.
Восемь указанных должностных лиц службы безопасности Узбекистана все еще несут «прямую ответственность за неразборчивое и несоразмерное применение силы в Андижане и за воспрепятствование независимому расследованию », согласно заявлению ЕС, но они сейчас могут свободно въехать в Европу в течение следующих шести месяцев и более, если ЕС решит, что был сделан прогресс.
Указанные должностные лица, которые занимают посты и в настоящее время – это Глава Службы национальной безопасности Рустам Иноятов; Руслан Мирзоев, в настоящее время занимающий пост министра обороны и бывший советник службы национальной безопасности; Генерал-майор Владимир Мамо, заместитель командира спецподразделений министерства внутренних дел; Полковник Григорий Пак, командир отряда внезапного реагирования при министерстве; Полковник Валерий Таджиев, глава отдела спецслужб министерства внутренних дел; и Полковник Павел Эргашев, которые в отличие от других, командовал отрядом вооруженных сил в министерстве обороны.
Двое должностных лиц в отставке фигурируют в списке – это бывший министр внутренних дел Зокиржон Алматов и его заместитель в то время Тохир Муллажонов.
Согласно Хьюман Райтс Вотч (Human Rightz Watch) и ОБСЕ, защитники прав человека и тысячи людей, заключенных в тюрьму с обвинением в религиозном экстремизме, все еще чахнут в узбекских тюрьмах. Многочисленные отчеты за последние годы документировали формальные судебные разбирательства, сфабрикованные дела и частые пытки заключенных.
«Спор ведется по поводу того, что с разозлившимся узбекским правительством невозможно обсудить права человека», сказала Холи Картнер из «Хьюман Райтс Вотч». «Но цель санкций – это не пустой диалог, они направлены на изменение поведения – и на этот счет Ташкент сделал шаги только назад, в том числе держав 13 правозащитников взаперти».
Один аналитик из Ташкента заявил, что смягчение санкций не должна рассматриваться как награда за сделанный прогресс, а как стимул для узбекского правительства делать улучшения в будущем.
«Это как бы сигнал, что они должны исправить ситуацию и обдумать эти линии. Европа всегда открыта к диалогам и если Убекистан примет действия, соответствующие требованиям, тогда он может рассчитывать на кое-что [взамен]», сказал он.
Виталий Пономарев, эксперт по Центральной Азии из правозащитной группы «Мемориал», не верит, что за решением ЕС стоят такие возвышенные мотивы. Наоборот, он аргументирует, что жажда Европы на энергетику Центральной Азии стоит выше, чем права человека. «Это попытка некоторых членов ЕС использовать смягчение санкций, чтобы расширить свое геополитическое присутствие», сказал он IWPR. «Поэтому, трудно ожидать позитивный эффект в отношении улучшения ситуации с правами человека».
ЕС ободрил новую стратегию по Центральной Азии в июне. Разработанная под руководством Германии, она имеет целью построить политическое присутствие ЕС и влияние в регионе и искать доступ к энергетическим ресурсам.
Узбекистан является главным производителем природного газа, с огромным экспортом в Россию, главному снабженцу Европы.
Вслед за встречей ЕС, Европейский Комиссар по внешним связям Бенита Ферреро – Валднер подтвердила, что санкции были смягчены в контексте нового подхода к Центральной Азии.
«Я думаю, нам, нужно хотя бы попытаться… эта самая многонаселенная страна [в регионе], эта страна в нашей Центрально-Азиатской стратегии; Я не думаю, что должны это просто так оставить. Я думаю, нам нужно сотрудничать с ними и работать шаг за шагом, чтобы улучшить ситуацию с правами человека», сказала она, в заметках, цитированных RFE/RL.
Германия использовала свое председательствующее положение в ЕС, чтобы лоббировать полное снятие санкций, хотя некоторые другие государства-члены противостояли этому. Официальная германская точка зрения по поводу санкций была правильной с самого начала, когда они позволили Алматову посетить страну, чтобы получить медицинское лечение в ноябре 2005 года.
Некоторые аналитики говорят, что санкции ЕС не оказали никакого влияния на узбекское правительство, кроме того, как спровоцировали последнего на ограничение деятельности международных организаций и иностранных СМИ, одновременно репрессируя диссидентов.
Акылбек Салиев, директор Центрально-Азиатского Института стратегического анализа и прогноза, основанного в Бишкеке, заявил, что визовый запрет и эмбарго на оружие «выглядели смешными» и «не имели никакого реального влияния ни на правительство, ни на население».
Это потому, что Узбекистан приобретает большинство оружия в России, а не в Европе, в то время, как официальные лица заявили, что въезд в Европу не уместны в заключении экономических сделок, говорит он.
В Узбекистане началась новая волна массовых арестов с прошлого месяца, описываемая контр-террористическими мерами. Местные наблюдатели сообщают, что многие из дел сфабрикованы.
«Правительство Каримова не рассматривает права человека как приоритета. Преследование и подавление продолжается », говорит узбекский журналист, желавший остаться анонимным. «я держался за эту последнюю надежду, что санкции ЕС заставят властей ответить по этому вопросу. Я очень огорчен снятием санкций ».
На улицах Ташкента многие люди не знали о смягчении санкций; СМИ, находящиеся под строгой цензурой, показывают, что они просто не слышали об этом.
Один местный житель, который знал о санкциях, сказал, что решение о снятии большей их части не побудит правительство изменить свой путь. «Снятие барьеров не стимулирует», говорил он. «Если нет барьеров, никакой узбекский чиновник не будет бояться; на такие же действия как в Андижане они пойдут еще раз. Это то, чего мы боимся».
Инга Сикорская, издатель IWPR в Бишкеке.